Главное меню
Главная О сайте Добавить материалы на сайт Поиск по сайту Карта книг Карта сайта
Новые книги
Значко-Яворский И.Л. "Очерки истории вяжущих веществ " (Всемирная история)

Зельин К.К. "Формы зависимости в восточном средиземноморье эллинистического периода" (Всемирная история)

Юрченко А.Г. "Книга Марко Поло: записки путешественника или имперская космография" (Всемирная история)

Смоули Р. "Гностики, катары, масоны, или Запретная вера" (Всемирная история)

Сафронов В.А. "Индоевропейские прародины. " (Всемирная история)
Реклама
 
Библиотека истории
 
history-library.com -> Добавить материалы на сайт -> Всемирная история -> Фрейберг Л.А. -> "Античность и Византия " -> 15

Античность и Византия - Фрейберг Л.А.

Фрейберг Л.А. Античность и Византия — Наука , 1975. — 424 c.
Скачать (прямая ссылка): antichnostivizantiya1975.pdf
Предыдущая << 1 .. 9 10 11 12 13 14 < 15 > 16 17 18 19 20 21 .. 203 >> Следующая

Огромная библиотека Фотия привлекала любознательную молодежь. Устраивались общие чтения как византийских, так и античных авторов; чтения сопровождались обменом мнений, из записей которых и составлен знаменитый Фотиев «Мириобибли-он» — опыт первой литературной энциклопедии, содержащей эстетические оценки разбираемых авторов. В круг античных авторов, привлекавших внимание Фотия, входили Платон, Аристотель, ораторы Демосфен и Исократ, ученые Гиппократ и Павсаний, греческие романы времен второй софистики, как, например, Гелиодор, и авторы эпохи заката античности, как, например, Либаний.
К этому же времени определились два основных направления в использовании античного наследия, которые затем проявляли себя вплоть до самого конца Византии, различно модифицируясь. Сам Фотий и его ученики были сторонниками аристотелевской основы в исследовании античности — метода, который вошел в практику со времени Иоанна Дамаскина, применившего методы Аристотелевой «Логики» к богословию. Как и Иоанн Дамаскин, Фотий стал продолжателем ранневизантийских комментаторов Аристотеля — Порфирия и Аммония. Произведения античных авторов, полагал он, в первую очередь должны стать материалом для упражнений в развитии формально-логического мышления, но не следует допускать их в область воздействия эмоционального: эта область должна всецело принадлежать церкви. Для таких занятий наиболее подходящим материалом считались произведения греческих философов, нсто-
32
риков, ораторов. Этим и объясняется отсутствие в «Мирио-библионе» заметок об античной поэзии.
В этом плане становятся понятны и те нападки, которым со стороны ближайшего ученика Фотия, кесарийского епископа Арефы, подвергся придворный мистик (т. е. императорский секретарь) и дипломат Лев Хиросфакт, ориентировавшийся в своих занятиях античностью главным образом на Платона, на лирическую и драматическую поэзию и даже на древнюю музыку. Таким образом, сторонники Хиросфакта противопоставляли формалистическим тенденциям Фотиева кружка приближение к подлинному духу античности.
Фотий и его приверженцы видели в подобном направлении интересов отступление от христианства. В своем памфлете «Хиросфакт, или Ненавистник чародейства» Арефа обвиняет противника в «отречении от самого существенного в Священном писании и от самого основательного в греческой образованности», последние слова — не что иное, как намек на пренебрежение Хиросфакта к Аристотелю. Сам же Арефа (как, впрочем, и Хиросфакт) занимался не только Аристотелем; он был инициатором переписки многочисленных древних книг и даже тратил на это значительные средства. Это последнее обстоятельство лишает весь спор принципиальной остроты. Заслуги же обеих противных сторон неизмеримо выше их полемики: к этому времени относится изготовление колоссального количества комментированных рукописей греческих авторов.
Что же касается обвинений в чрезмерном увлечении язычеством, то они в X в. становятся своеобразной топикой брани, модой, которая распространяется в век энциклопедизма, в век кипучих и любознательных умов. Поэзия X в. сохранила забавную стихотворную перепалку между ученым и поэтом Львом Философом и, видимо, весьма посредственным поэтом, Константином Сицилийским, который, обвиняя ученого (второе прозвище Льва — «Математик») в занятиях философами и астрономами древности, после бранных инсинуаций обращается к собственной характеристике и называет себя «хорошо выдоившим молоко Каллиопы». Лев Философ отвечает Константину поэмой, состоящей из 76 триметров, под заглавием «Апология Льва Философа, где он Христа возвеличивает, а эллинов порочит». «Музы, оставьте меня, уйди, Полигимния — горе!» — восклицает поэт. Но в упоминаниях мифических персонажей обе враждебные стороны обнаруживают приверженность к штампам.
Интересны среди подобных явлений в византийском литературном мире X в. еще и заимствования сложных гротескных эпитетов у Аристофана, которые можно найти в короткой инвективе Константина Родосского на Льва Хиросфакта и которые свидетельствуют об известном интересе противника Хиросфакта к знаменитому комедиографу древности и о знании его произведений.
2 Античность к Византия
33
Более значительны для этого периода критика гомеровских поэм с точки зрения правдоподобия в большом панегирике императору Никифору Фоке (в поэме Феодосия «Взятие Крита») и, наконец, литературно-оценочные эпиграммы Иоанна Кириота. Эти последние входят в сборник Иоанна под заглавием «Рай», содержащий преимущественно короткие парафразы на библейские и евангельские сюжеты. Кириот, прозванный за его математическую эрудицию «Геометром», высоко ценит образование и его непреходящий источник: поэтому больше десятка эпиграмм у него представляют собой краткие (иногда всего только из двух строк) и предельно выразительные характеристики эллинских философов, историков, поэтов; элемент эстетической оценки в этих эпиграммах Кириота очень заметен 37.
Весьма существенным фактом было также проникновение античных мотивов, хотя и в очень ограниченном количестве, в сферу военного византийского эпоса — в сферу народного творчества. В поэме о Дигенисе 8-я песнь начинается морализирующей сентенцией с привлечением образов Аида и Харона; мозаики во дворце Дигениса изображают среди библейских персонажей также и античных героев: в качестве символа храбрости— Ахилла, Агамемнона, Беллерофонта, Александра Македонского; в качестве символа мудрости — Одиссея.
Предыдущая << 1 .. 9 10 11 12 13 14 < 15 > 16 17 18 19 20 21 .. 203 >> Следующая
 

Авторские права © 2013 HistoryLibrary. Все права защищены.
 
Книги
Археология Биографии Военная история Всемирная история Древний мир Другое Историческая география История Абхазии История Азии История Англии История Белоруссии История Великобритании История Великой Отечественной История Венгрии История Германии История Голландии История Греции История Грузии История Дании История Египта История Индии История Ирана История Ислама История Испании История Италии История Кавказа История Казахстана История Канады История Киргизии История Китая История Кореи История Малайзии История Монголии История Норвегии История России История США История Северной Америки История Таджикистана История Таиланда История Туркистана История Туркмении История Украины История Франции История Югославии История Японии История кавказа История промышленности Кинематограф Новейшее время Новое время Социальная история Средние века Театр Этнография Этнология