Главное меню
Главная О сайте Добавить материалы на сайт Поиск по сайту Карта книг Карта сайта
Новые книги
Реклама
 
Библиотека истории
 
history-library.com -> Добавить материалы на сайт -> История Германии -> Нольте Э. -> "Фашизм в его эпохе" -> 246

Фашизм в его эпохе - Нольте Э.

Нольте Э. Фашизм в его эпохе — Сибирский хронограф, 2001. — 568 c.
ISBN 5-87550-128-6
Скачать (прямая ссылка): fashizmvegoepohe2001.djvu
Предыдущая << 1 .. 240 241 242 243 244 245 < 246 > 247 248 249 250 251 252 .. 306 >> Следующая


Это философское содержание образует ядро марксизма. Здесь была впервые затронута — глубокомысленно и страстно — центральная проблема столетия: отношение человека к его новому миру, миру «индустрии». Очевидно, что такое понимание проблемы произошло не из наблюдения и опыта.

Конечно, это еще не весь марксизм. Как бывает почти во всех случаях, выдающаяся концепция вызвала и в действительности больший отзвук, чем скучное понимание повседневной жизни. Именно ее безмерный характер стал основой ее всемирно-исторической связи с социальным явлением нового рода — еще угнетенным, но уже поднимающимся пролетариатом, и потому она могла стать последней верой Европы. И в то же время Марксу удалось включить в свое учение, по-видимому, без противоречий научные теории, существовавшие задолго до него33. Лишь это единство возбудило ту ярость страха и ненависти, без которых фашизм не мог бы подняться; между тем фашизм, принимавший марксистское учение, при всем своем отрицании, с отчаянной серьезностью, смог победить лишь благодаря давно уже проявившейся непрочности этого учения.

Ницше: добуржуазная почва «кулыуры»

Но не столько комплекс этого единства, сколько философское ядро марксизма создало ему, еще задолго до Морраса и Гитлера, самого выдающегося и самого радикального противника в лице Ницше.

На первый взгляд этот тезис может показаться удивительным. В самом деле, младший из них знал о старшем только косвенным образом34; но тематика их сочинений обнаруживает значительное сходство. Предметом размышлений Ницше, с самого раннего времени до самого позднего, была «культура», которую он вначале понимал как проявление человека в философии, искусстве и религии, то есть как теоретическую трансценденцию. Открытие дионисийской основы трагедии, защита гения от массы, подчеркивание необходимости рабства — все это имело целью именно выявить элементы подлинной культуры: ее почву, ее действительность, ее основание. Вместе с этим разоблачались и обвинялись противники культуры: наука с ее логическим (сократическим) оптимизмом, эмансипация масс с ее плоским утилитарным мышлением, революция с ее разрушительными воздействиями. Но как бы сильно ни предвещали почти все эти мысли молодого Ницше его позднее развитие (особенно нападение на Парменида с его чудовищной абстракцией мышления), в целом он констатирует несовместимость «культуры» и «индустрии» теоретической и практической трансценденции со столь наивным и недиалектическим радикализмом, что его нельзя было бы считать серьезным противником Маркса. Конечно, Маркс не был похож на благодушного панегириста современных достижений вроде Давида Фридриха Штрауса, которого Ницше поверг наземь своей гениальной и отважной атакой.
448

Фашизм как трансполитический феномен

Вряд ли что-нибудь так предвещает его будущее, как то, что Ницше сумел подняться на уровень Маркса, лишь одолев старейшего своего врага, что заняло немало времени и оставило в его сердце несмываемые следы. В свой так называемый период просвещения этот сын пастора и воспитателя принца35, торопливо и порывисто развиваясь, догоняет духовное развитие своего столетия. Решительным жестом он приносит в жертву науке религию и искусство, предпочитает гению деловитую посредственность, античному государству свободных и рабов — современную демократию. Человек, презиравший все современное, становится защитником эмансипаторской массовой культуры, которую он, очевидно, понимает как практическую трансценденцию. Но на каждом шагу заметен в нем другой голос, звучащий из его юности. Поздняя философия Ницше рождается в тот момент, когда этот голос окончательно одерживает верх, и короткий период просвещения, вместе с новыми перспективами всемирной широты и современной твердости, составляет лишь основу для триумфального воскрешения проблем и тенденций его юности. Но то, что раньше было лишь эскизом и намеком, становится теперь связным мышлением, отвергающим или преобразующим большую часть того, что ценил и любил молодой Ницше. И только тогда сам он и даже тончайшие понятия его философии приходят в самое точное соответствие с Марксом — столь точное соответствие, какое вряд ли когда-нибудь соединяло двух мыслителей, противопоставляющее и связывающее их, как маску с лицом или негатив с отпечатком.

Ницше постигает теперь, что абстракция жизни, господствующая в европейском бытии и проявляющаяся как наука, промышленность, масса, демократия, социализм, представляет собой единый феномен и как таковая враждебна культуре. В своей тенденции к замкнутому циклу производства и знания она выбивает почву из-под ног творческого гения, почву «реальности», в которой коренится любая «жизнь». То, что для Гегеля было «прогрессом в сознании свободы», для Маркса отчуждением и в то же время осуществлением, для Ницше становится «покушением», происхождение которого восходит к древнейшим временам.

Теперь он решительнее приходит к мысли, что абстракция жизни в конечном счете вытекает из абстракции мышления, из первых начал метафизики Запада, противопоставившего «бытие» «становлению», в надежде обрести надежду вне действительности и тем самым установку, враждебную жизни. Эта метафизика продолжилась в христианстве; социализм, полагающий, что он может в корне изменить действительность, есть лишь ее самое радикальное следствие. Самая сущность европейского горизонтального* сознания приводит к автономии универсального цикла знания и производства, нивелирующего всех людей, включающего их в себя как детали и таким образом разрушающего культуру. Это враждебное жизни единство теоретической и практической трансценденции Ницше называет «моралью». Тем самым он возобновляет связь, которая для Гегеля была самоочевидной, но у Маркса опять погрузилась во тьму. И вместе с тем он ставит перед собой задачу развить совершенно новую форму горизонтального сознания. В самом деле, если «все, что до сих пор считалось истиной» признается вредней-
Предыдущая << 1 .. 240 241 242 243 244 245 < 246 > 247 248 249 250 251 252 .. 306 >> Следующая
 

Авторские права © 2013 HistoryLibrary. Все права защищены.
 
Книги
Археология Биографии Военная история Всемирная история Древний мир Другое Историческая география История Абхазии История Азии История Англии История Белоруссии История Великобритании История Великой Отечественной История Венгрии История Германии История Голландии История Греции История Грузии История Дании История Египта История Индии История Ирана История Ислама История Испании История Италии История Кавказа История Казахстана История Канады История Киргизии История Китая История Кореи История Малайзии История Монголии История Норвегии История России История США История Северной Америки История Таджикистана История Таиланда История Туркистана История Туркмении История Украины История Франции История Югославии История Японии История кавказа История промышленности Кинематограф Новейшее время Новое время Социальная история Средние века Театр Этнография Этнология