Главное меню
Главная О сайте Добавить материалы на сайт Поиск по сайту Карта книг Карта сайта
Новые книги
Реклама
 
Библиотека истории
 
history-library.com -> Добавить материалы на сайт -> История Германии -> Нольте Э. -> "Фашизм в его эпохе" -> 215

Фашизм в его эпохе - Нольте Э.

Нольте Э. Фашизм в его эпохе — Сибирский хронограф, 2001. — 568 c.
ISBN 5-87550-128-6
Скачать (прямая ссылка): fashizmvegoepohe2001.djvu
Предыдущая << 1 .. 209 210 211 212 213 214 < 215 > 216 217 218 219 220 221 .. 306 >> Следующая


* Возможность близости {лат).
390

Национал-социализм

нал в августе, предписывает принудительное добавление еврейского имени (Сарра или Израиль)32.

После убийства в Париэ&е секретаря посольства фон Рата была возобновлена практика «прямого действия», быстро прерванная в 1933 г. Направленный властью гигантский погром и особый налог в один миллиард можно было понять лишь как меры первобытно-дикой войны, а все эти законодательные акты уже не просто отменяли политическую эмансипацию, а возвращали евреев в средневековое положение парий — с единственным, но важным различием, что теперь им не оставляли даже их деньги. Евреи должны были быть безмерно привязаны к Германии, если требовались такие меры, чтобы вынудить их покинуть страну. В действительности дело обстояло куда банальнее. Невозможно было одновременно проводить с крайним напряжением программу вооружения и в то же время финансировать обширную программу эмиграции33. Глупые разговоры об эмиграции на Мадагаскар (между тем принадлежавший французам) не давали уйти от того основного факта, что собственная политика национал-социалистов превратила Германию в тюрьму для большинства немецких евреев — неимущих и лишенных заграничных связей. Впрочем, может быть, следовало выше оценить интеллект руководящего слоя этих евреев. Во всяком случае, 7 февраля 1939 г. Розенберг заявил, что еврейская эмиграция — сложнейшая международная проблема, еще больше усложнив этим и без того крайне трудное положение. И конечно, Гитлер с его знаменитой угрозой еврейским поджигателям войны, не мог не сознавать, что его война уже давно началась и что враг в этой войне гораздо больше лишен прав и имущества, чем это возможно было в любой другой европейской войне. Летом 1939 г. евреям было запрещено посещать немецкие культурные учреждения, появляться в определенное время в определенных местах и водить любые транспортные средства. Нараставшая военная опасность практически оставляла им только два выхода. Первый состоял в том, что Германия с оружием в руках завоюет для них жизненное пространство34. Вторым выходом была смерть. Уже перед началом войны эти возможности разделяла лишь тонкая перемычка. В самом деле, такая система, какую устроили национал-социалисты, делала возможными самые необычные вещи; но она, по-видимому, не способна была к самому простому: задержаться, остановиться на однажды избранном путн.

Опять-таки для оценки особенностей национал-социалистической популяционной и расовой политики весьма полезно сравнение с Италией Муссолини. Для этой цели речь Фрика представляет удобный исходный пункт. В ней, без сомнения, перечисляется ряд мероприятий, которые во всех государствах мира считаются более или менее правильными и желательными. Фашистский характер этой речи придает лишь то, что соответствующие намерения чрезмерно подчеркиваются, превращаются в элементы некоего светского процесса оздоровления и, без сомнения, прежде всего нацелены на усиление военного потенциала. Все это так же отчетливо проявляется в речах и распоряжениях Муссолини, касающихся популяционной политики. Некоторые из его декретов даже превосходят своей остротой соответствующие немецкие постановления. Так, в 1938 г. в Италии занятие высших государственных постов было связано с обязательным браком35. Однако при этом полностью отсутствует тенденция делить народный организм в зависи-
Практика как завершение

391

мости от его биологачески-наследственной ценности, считая нежелательным потомство значительных групп населения. Впрочем, эта тенденция не получила и в Г ермании сколько-нибудь заметного развития, хотя уже ее потенциальное существование свидетельствует о радикально-фашистском элементе немецкой популяционной политики.

Сравнение в некоторой мере возможно, как было показано, и в отношении расовых законов36. Но в целом оно далеко не идет; национал-социалистическая расовая политика слишком «sui generis»*, чтобы ее можно было оценивать иначе как отдельно.

Выводы, к которым приводит эта оценка, горьки в обоих направлениях: горьки для евреев и еще более горьки для немцев — даже в том случае, и как раз в том случае, если отказаться от морального суждения об отдельных людях и отвлечься от дальнейшего развития событий во время войны.

В самом деле, заведомо неверно было бы утверждать, что Гитлер мог бы с тем же успехом предложить немцам в виде жертвы, взамен запрещенной классовой борьбы, не евреев, а, скажем, исследователей Библии или алкоголиков. Хотя в Германии, с одним процентом еврейского населения, не было социологической еврейской проблемы, как в Румынии или Польше, но, несомненно, участие евреев в некоторых профессиях достигало масштабов, которые не могли бы надолго сохраниться. Антисемитизм никоим образом не является лишь реликтом Средневековья и выражением мелкобуржуазной социальной зависти: в период осознания национальных и социальных различий он становится, при определенных обстоятельствах, элементом самого национального сознания. Либерализм также отнюдь не был филосемитически настроен, он был враждебен «еврейской национальной обособленности», хотя он не фиксировал ее против воли участников, как это делал расовый антисемитизм. Впрочем, осознанию того, что евреи не просто религиозная община, а народ, не менее антисемитизма способствовал сионизм37. Истина — как бы она ни была сурова — состоит в том, что немецкое еврейство, бывшее хотя и дифференцированной, но в целом отчетливо выделявшейся группой, после обманчивого подъема первых лет его полной эмансипации оказалось в состоянии неудержимого упадка; оно разрывалось между противоположными полюсами, порожденными им самим,— полной ассимиляцией и сионизмом. Гитлер даже в своих наихудших деяниях не просто противодействовал ходу истории, а следовал и в этом случае ее тенденциям, конечно, определенным образом их выражая и закрепляя, чтобы направить их затем в другую сторону. Таким образом неизбежное восстановление превращалось в агрессивную войну, немецкая мировая экспансивность — в завоевание территорий, а духовное саморастворение немецкого еврейства — в его физическое уничтожение.
Предыдущая << 1 .. 209 210 211 212 213 214 < 215 > 216 217 218 219 220 221 .. 306 >> Следующая
 

Авторские права © 2013 HistoryLibrary. Все права защищены.
 
Книги
Археология Биографии Военная история Всемирная история Древний мир Другое Историческая география История Абхазии История Азии История Англии История Белоруссии История Великобритании История Великой Отечественной История Венгрии История Германии История Голландии История Греции История Грузии История Дании История Египта История Индии История Ирана История Ислама История Испании История Италии История Кавказа История Казахстана История Канады История Киргизии История Китая История Кореи История Малайзии История Монголии История Норвегии История России История США История Северной Америки История Таджикистана История Таиланда История Туркистана История Туркмении История Украины История Франции История Югославии История Японии История кавказа История промышленности Кинематограф Новейшее время Новое время Социальная история Средние века Театр Этнография Этнология