Главное меню
Главная О сайте Добавить материалы на сайт Поиск по сайту Карта книг Карта сайта
Новые книги
Значко-Яворский И.Л. "Очерки истории вяжущих веществ " (Всемирная история)

Зельин К.К. "Формы зависимости в восточном средиземноморье эллинистического периода" (Всемирная история)

Юрченко А.Г. "Книга Марко Поло: записки путешественника или имперская космография" (Всемирная история)

Смоули Р. "Гностики, катары, масоны, или Запретная вера" (Всемирная история)

Сафронов В.А. "Индоевропейские прародины. " (Всемирная история)
Реклама
 
Библиотека истории
 
history-library.com -> Добавить материалы на сайт -> Биографии -> Пименов Ю. -> "Рисунки Эйзенштейна " -> 15

Рисунки Эйзенштейна - Пименов Ю.

Пименов Ю. Рисунки Эйзенштейна — М.: Исскуство, 1961. — 228 c.
Предыдущая << 1 .. 9 10 11 12 13 14 < 15 > 16 17 18 19 20 21 .. 45 >> Следующая

Разве во всех этих высказываниях не заключено все то, что неизменно стремился выразить сам Эйзенштейн в своих рисунках ?
Мысли о творчестве Серова он старается формулировать для себя.
Вот что он говорит о портретах Серова : «Это не портреты, а актерски воспроизведенные, в действиях воссозданные люди, как бы психологически разработанные образы и роли. Их можно играть». Они — «выделение характера из многослучайности»6.
В этих словах можно найти ключ ко всем рисункам самого Эйзенштейна зрелого периода.
С поразлтельной настойчивостью, иногда бесконечно варьируя одни и те же мотивы, он создает образы и ситуации, где всегда «характер выделен из многослучайности», персонажей, которых действительно «можно играть».
Вот серия набросков, которые условно можно было бы назвать жанровыми. Условно потому, что в них совершенно отсутствует де-
1 Из стенограммы лекций во ВГИКе, 1934 г., III курс, лекции от 5 марта и 16 апреля.
* С. М. Эйзенштейн, Избранные статьи, «Искусство», 1956, стр. 412.
8 В. А. Серов, Переписка, «Искусство», 1937, стр. 149.
1 С. Мамонтов, В. А. Серов, журнал «Путь», 1911, № 41.
5Н. Ульянов, Воспоминания Серове, «Искусство», 1945.
6 Из архива С. М. Эйзенштейна.
38
тальная разработка быта, столь свойственная жанристам. И все-таки — жанровыми из-за того, что художник как будто в лупу рассматривает людей, выхваченных из самой гущи повседневного быта. Это по большей части разновидности буржуа обоего пола — буржуа развлекающегося, лечащегося, танцующего, молящегося.. . Еще юношей в 1915 году он зафиксировал целую вереницу обывателей, мелких мещан и достойных респектабельных горожан в рисунке «Очередь», где они расположились целой цепочкой на длинной полоске бумаги. Здесь и мелкие торговки, и почтенные интеллигенты в котелках, и дамы в пышных боа с султанами из страусовых перьев на шляпах, и старые грымзы разных мастей и оттенков. Это были живые, а не придуманные нм люди, реальная, хорошо знакомая буржуазная среда, в которой протекало детство и юность сына главного архитектора города Риги, действительного статского советника Михаила Осиповича Эйзенштейна.
Наверное, уже тогда зародилась в подростке ненависть и презрение к сытой чванливости мещанина, к его тупой ограниченности, к рабскому преклонению перед собственностью.
Все эти чувства, выраженные им впоследствии в целой галлерее типов, невольно сравниваешь со строками Александра Блока из стихотворения «Сытые» :
Так негодует все, что сыто,
Тоскует сытость важных чрев,
Ведь опрокинуто корыто,
Встревожен их прогнивший хлев.
Но если Блок клеймит сытого буржуа строкой, полной гнева и боли, то Эйзенштейн пользуется для этой цели оружием сатиры, испепеляющей беспощадностью сарказма. Впрочем, в них иногда звучат и драматические нотки.
«В церкви» — так называется изображение супружеской пары, представшей пред очами всевышнего. Надутая, торжественно несущая свою чиновную важность огромная фигура главы семьи с рыжим бобриком волос над низким лбом, стоячими усами и жестким крахмальным воротником, еле вмещающим бычью шею, занимает собой почти всю плоскость листа, как бы распирает стены церкви. А на фоне этой гигантской символической фигуры примостилась в правом углу рисунка подруга жизни. Совершенно сознательно смещены здесь пропорции обеих фигур, «слабая половина» раза в четыре-иять меньше своего повелителя, хотя и расположена па переднем плане. Эта мелкая, жалкая ханжа со скрещенными на животе ручками, торчащим хохолком шляпки, вполне под стать своему спутнику жизни, подчеркивает своим ничтожным обликом самоутверждение и тупую незыблемость «столпа общества», варьирует на свой лад тему буржуазной морали и лживости христианского смирения. И хотя оба они неподвижно стоят перед алтарем своего бога сытых, мы как бы слышим тяжеловесную, на несгибающихся ногах, поступь мужа и семенящие за ним торопливо-угодливые шажки жены.
Ироническую финальную точку ставит автор на этом семейном портрете — маленький крестик на груди богомольной супруги.
39
Все экономно, заранее взвешено и потому предельно выразительно в этом рисунке, где сплошной энергичной линией уверенно вылеплен контур обеих фигур. А рыжий бобрик волос и усов и багровая отечность лица и затылка даны в намеке, несколькими штрихами красного карандаша.
Другую разновидность буржуазного брака мы найдем в рисунке «Читательница». Ночью в постели, при огарке свечи читательница с лихорадочной страстью перевертывает страницу за страницей. Все в ее позе, лице, выпяченных губах, утином носе как бы удлинилось, физически втянулось в захвативший ее сюжет. Все линии ее грузного, оплывшего, дряблого тела и даже букли прически погружены в стихию чтения. Казалось бы, в чем же обличение — ведь чтение свет. Но все дело в том, что заостренная экспрессия всей фигуры не оставляет никакого сомнения в том, какого содержания роман, так захвативший эту перезрелую даму, ибо ее может расшевелить только сочинение особого сорта, где бульварная слащавость приправлена скабрезными подробностями. И вот она добралась наконец до запретного плода, эта тупая, свиноподобная мещанка, и ее тщетно пытается оттащить от него неожиданно проснувшийся в ночи супруг. Все в нем в кричащем противоречии с образом пленительного героя бульварного романа : и свислая седая борода, и лысый череп, и сползшие па кончик носа очки, и старческая беспомощность — словом, все, что составляет житейскую прозу их совместного бытия. Но противоречие это мнимое, ибо и «возвышенная» поэзия читательницы, так же как и прозаическая реальность этой супружеской спальни, одинаково выражает мещанскую сущность их обывательского мира.
Предыдущая << 1 .. 9 10 11 12 13 14 < 15 > 16 17 18 19 20 21 .. 45 >> Следующая
 

Авторские права © 2013 HistoryLibrary. Все права защищены.
 
Книги
Археология Биографии Военная история Всемирная история Древний мир Другое Историческая география История Абхазии История Азии История Англии История Белоруссии История Великобритании История Великой Отечественной История Венгрии История Германии История Голландии История Греции История Грузии История Дании История Египта История Индии История Ирана История Ислама История Испании История Италии История Кавказа История Казахстана История Канады История Киргизии История Китая История Кореи История Малайзии История Монголии История Норвегии История России История США История Северной Америки История Таджикистана История Таиланда История Туркистана История Туркмении История Украины История Франции История Югославии История Японии История кавказа История промышленности Кинематограф Новейшее время Новое время Социальная история Средние века Театр Этнография Этнология