Главное меню
Главная О сайте Добавить материалы на сайт Поиск по сайту Карта книг Карта сайта
Новые книги
Зельин К.К. "Формы зависимости в восточном средиземноморье эллинистического периода" (Всемирная история)

Значко-Яворский И.Л. "Очерки истории вяжущих веществ " (Всемирная история)

Юрченко А.Г. "Книга Марко Поло: записки путешественника или имперская космография" (Всемирная история)

Смоули Р. "Гностики, катары, масоны, или Запретная вера" (Всемирная история)

Окуджава Б. "Арбат. Исторический путеводитель" (Всемирная история)
Реклама
 
Библиотека истории
 
history-library.com -> Добавить материалы на сайт -> Археология -> Хайруллина Р.Х. -> "Инновационные модели интеграции учебного процесса и исследовательской деятельности" -> 5

Инновационные модели интеграции учебного процесса и исследовательской деятельности - Хайруллина Р.Х.

Хайруллина Р.Х., Леонова Т.А., Валиахметова Г.Н., Щербаков Н.Б. Инновационные модели интеграции учебного процесса и исследовательской деятельности — Вагант, 2009. — 90 c.
ISBN 978-5-9635-0168-9
Скачать (прямая ссылка): inovacionniemodeliintegracii2009.pdf
Предыдущая << 1 .. 2 3 4 < 5 > 6 7 8 9 10 11 .. 38 >> Следующая


Рассказав о ходе ожесточенного боя 60-тысячного войска крестоносцев с 200-тысячным войском султана, Жувеналь видит причины поражения христиан в заносчивости французов, которые не захотели подчиниться венгерскому королю Сигизмунду и в божьем наказании за совершенные войском крестоносцев грехи (зло, разврат, распутные игра) (1, 399). Однако, обвиняя разгромленных крестоносцев в грехах, хронист все же относится к ним, как к воинам, павшим за правое дело. Доказательством может служить очередное чудо, приведенное на страницах хроники: “Необыкновенное и чудесное свершилось событие. Так как сарацины оставили мертвых христиан на поле боя, чтобы их сожрали волки и дикие животные, не желая позволить предать их земле. За тринадцать месяцев их кости стали чистыми и белыми, ни одно животное к ним не притрагивалось и говорят среди сарацин, что животные не хотели их съесть...”(1, 399).

После 1396 года турецкий вопрос постепенно теряет свою актуальность и на передний план выходят проблемы внутриполитической ситуации во Франции.

На первый взгляд, отношение Жувеналя к мусульманскому миру, как естественному антиподу христианства, вполне укладывается в рамки традиционной средневековой историографии. Ибо в хронике Жана Жувеналя дез Юрсена сарацины и турки показаны как враждебная и противоположная всему христианскому миру сила.

Однако более внимательное рассмотрение образа мусульман приводит к несколько иным выводам. В частности, отметим, что сарацины и турки, хотя они и “неверные”, но особого “бесчеловечного” зла не совершают. Их действия вполне укладываются в рамки “обычных” следствий средневековой европейской войны: насилия над жителями, захват или уничтожение материальных ценностей, убийства пленных. Например, рисуя события 1380 года во Франции, Жувеналь сообщает, что французские войны, “находившиеся на полях, грабили, захватывали добычу, насиловали женщин и девушек; делали все то зло, что могут

13
делать враги, только не поджигали.”(1, 324). Сарацины, также как и христиане, в бою показывают себя как достойные воины. И при описании многочисленных сражений Жувеналь неоднократно говорит о тех же качествах сарацин, которые присущи и западному рыцарству: мужестве, доблести, умении воевать, благородстве (1, 356, 372). Причем последнее качество в некоторых эпизодах хронике сарацинам присуще больше, чем их христианским противникам (1, 399).

Гораздо более бесчеловечными, чем действия собственных воинов и мусульман показаны поступки восставших простолюдинов. Например, описывая события 1384 года, он сообщает: “Была одна старуха, которая продавала на базаре кресс-салат и у которой откупщик потребовал налог, та принялась громко кричать. При этом многие люди бросились на этого откупщика и нанесли ему многочисленные раны, а после этого мучили его очень бесчеловечно, а затем убили. И тотчас же во всем городе восстал простой народ, люди взяли оружие, вооружились так, что произвели большую смуту и волнение народа. Они бегали туда и обратно, и собралось их более 5 сотен человек.

Когда должностные лица и советники короля, а также епископ парижский пришли и увидели как это делается, они самым тайным образом ушли из города и что могли, унесли из своего имущества.

И те, кто все это делал, были люди злые и подлые из беднейшей части населения и если один кричал, другие туда прибегали. А так как они были плохо вооружены и плохо одеты, то узнав, что в ратуше находится военное снаряжение, пошли туда, выломали двери помещения, где находилось оружие для защиты города, взяли его, а также большое количество колотушек из свинца и пошли по городу. Всех тех, кого они считали откупщиками эдов или подозревали таковыми, они убивали с большой жестокостью. Был один человек, который молился, находясь в церкви святого Жака перед большим алтарем, держа изображение Девы Марии. Они его схватили и убили прямо в церкви. Затем они отправлялись в дома убитых людей, грабили и растаскивали все, что находили; вещи выбрасывали в окна, рвали письма, бумаги и другие вещи, были сильно пьяные от выпитого вина. В таком состоянии они творили еще большее зло.”(1, 333-334).

Такое детализирование насилий, совершенных простолюдинами, и их однозначная негативная и пристрастная оценка, видимо означает, что для Жана Жувеналя восставший народ представлял гораздо более опасное зло, нежели сарацины и турки. Поэтому желание внутреннего мира для него ценнее религиозных различий. Подчеркивая благо внутреннего мира, Жувеналь утверждал, что «ежели бы пришел король, способный им (французам) его дать, то будь он даже сарацином, они бы стали ему повиноваться».(5, 524).

Таким образом, показывая в своей хронике христиан и мусульман как “своих” и “чужих”, тем не менее Жувеналь не делает основного акцен-

14
та на религиозных и этнических различиях. Хотя основа этого различия, на первый взгляд, и связана с традиционным набором средневековых стереотипов, но реальный их фундамент лежит уже в политической сфере, где у Жувеналя есть свой, хорошо им осознаваемый, политический интерес. Его личное отношение к исламу и мусульманам по преимуществу политическое, светское, рациональное, трезво-субъективное и уже, как представляется, достаточно близкое к гуманистическому идеалу человека.
Предыдущая << 1 .. 2 3 4 < 5 > 6 7 8 9 10 11 .. 38 >> Следующая
 

Авторские права © 2013 HistoryLibrary. Все права защищены.
 
Книги
Археология Биографии Военная история Всемирная история Древний мир Другое Историческая география История Абхазии История Азии История Англии История Белоруссии История Великобритании История Великой Отечественной История Венгрии История Германии История Голландии История Греции История Грузии История Дании История Египта История Индии История Ирана История Ислама История Испании История Италии История Кавказа История Казахстана История Канады История Киргизии История Китая История Кореи История Малайзии История Монголии История Норвегии История России История США История Северной Америки История Таджикистана История Таиланда История Туркистана История Туркмении История Украины История Франции История Югославии История Японии История кавказа История промышленности Кинематограф Новейшее время Новое время Социальная история Средние века Театр Этнография Этнология