Главное меню
Главная О сайте Добавить материалы на сайт Поиск по сайту Карта книг Карта сайта
Новые книги
Значко-Яворский И.Л. "Очерки истории вяжущих веществ " (Всемирная история)

Зельин К.К. "Формы зависимости в восточном средиземноморье эллинистического периода" (Всемирная история)

Юрченко А.Г. "Книга Марко Поло: записки путешественника или имперская космография" (Всемирная история)

Смоули Р. "Гностики, катары, масоны, или Запретная вера" (Всемирная история)

Сафронов В.А. "Индоевропейские прародины. " (Всемирная история)
Реклама
 
Библиотека истории
 
history-library.com -> Добавить материалы на сайт -> Археология -> Гумбрехт Х.У. -> "Производство присутствия: Чего не может передать значения" -> 5

Производство присутствия: Чего не может передать значения - Гумбрехт Х.У.

Гумбрехт Х.У. Производство присутствия: Чего не может передать значения — М.: Новое литературное обозрение, 2006. — 184 c.
Скачать (прямая ссылка): proizvodstvopri2006.pdf
Предыдущая << 1 .. 2 3 4 < 5 > 6 7 8 9 10 11 .. 64 >> Следующая

2
В чем должна заключаться задача («функция», как мы тогда предпочитали говорить) этого коллоквиума — практически не составляло вопроса в том далеком 1979 году’. Автор чувствовал (верно) и сожалел (сознавая настоятельную необходимость героически противиться этому), что импульсы к перестройке гуманитарных наук, произведенные достославным 1968 годом и основанные на всякого рода левых теориях и поли тических идеалах, быстро иссякают. Поскольку' же одним из новых научных интересов, возникших после 1968 года, был интерес к истории (научных) гуманитарных исследований, то очевидным (может быть, не единственным, но бесспорным) решением казалась конференция, обращенная к этой тематике и призванная придать новую энергию топчущейся на месте теории и спорам о ее реформировании. Так с весны 1981 года началась серия коллоквиумов под громкими названиями «международные» и «междисциплинарные», которой суждено было продлиться до 1989 года и которая, как лестно думать ныне автору, имела некоторое влияние на гуманитариев его поколения в Германии’. Как и всякий другой проект, который задним числом признают «успешным», коллоквиумы в Дубровнике достигли успеха совсем иначе, чем предполагалось вначале, и это их сложное и неожиданное «уклонение» от исходного замысла может стать интересным рассказом об эпистемологических сдвигах.
Первые три (или пять) конференции все основывались на одном ключевом предположении. Им служила довольно тривиальная и не вызывавшая споров мысль о том. что из прошлого можно извлекать уроки и что эго, так сказать, особенно верно для истории академических дисциплин. Соответственно мы трижды, и под весьма разными углами зрения, проработали последние два столетия, в течение которых исследование литературы и языка велось на институциональной основе, в надежде найти «ориентиры» для их будущего развития (будучи в большинстве своем литературоведами, мы принимали в расчет таюке и лингвистику, по какой-то едва ли не моральной обязанности: сознавая общее происхождение литературоведения и лингвистики, мы считали себя просто не вправе заниматься
одним лишь литературоведением). Но хоть нас и подбадривал, с одной стороны, опыт довольно интенсивных споров, сами собой завязывавшихся между многими представленными среди нас научными дисциплинами, а с другой стороны, оптимизм, по-видимому всегда присущий «молодому поколению» в любой профессии, — ощутимые результаты наших исследований оставались, откровенно говоря, неутешительными. Да, история литературоведения и лингвистики оказалась полна интересных и порой волнующих эпизодов для нас, представлявших настоящее этих наук; но все узнаваемое о них укрепляло нашу уверенность, что их прошлое слишком отлично от нашего настоящего, чтобы содержать в себе хоть какие-то подсказки для серьезных перемен в наших взглядах и практиках. Когда же на втором коллоквиуме мы от общеисторического подхода обратились к истории исторической периодизации в наших дисциплинах, а на третьем — к тому, как употреблялось в критике понятие «стиля», то нас стало охватывать еще и чувство, которое можно назвать «конструктивистским головокружением». Как ни банально это может прозвучать сегодня, мы закономерно обнаружили — трудное или, может быть, обескураживающе легкое открытие, — что, конечно, возможна любая периодизация; что литературный и лингвистический материал прошлого не оказывает таким нарративным структурам никакого ^естественного» сопротивления; и наконец (к еще большему разочарованию), что вряд ли возможен какой-либо типологический подход к прошлому, который бы не основывался на той или иной версии понятия «стиль». Шесть лет спустя после ностальгического рассвета на пляже в Дубровнике и после выхода трех томов имевших неожиданный успех «материалов», мы переживали довольно парадоксальные чувства — с одной стороны, разочарование, а с другой — бодрую готовность искать какое-то решительно иное направление для наших дискуссий.
Переменившая все догадка пришла в апреле 1985 года, также воскресным утром, когда мы шли вниз по Страдуну — мощенной мрамором улице, проходящей сквозь старый Дубровник. Вместо того чтобы продолжать свой воображаемый путь — через долгий обзор истории наших дисциплин к возможному будущему науки, — мы как-то вдруг все сразу согласились (пра-
во, что-то вроде пародии на коллективное религиозное обращение), когда один из нас (автор склонен думать, что то был Антон Кас, который тогда, как и ныне, преподавал в Беркли, но то мог быть и Карлхайнц Барк, в то время из Восточного Берлина, а ныне просто из Берлина) более или менее случайно предложил тему «материальные факторы коммуникации». Этот экспериментальный заголовок обладал поистине сказочным ореолом. Слово «коммуникация» звучало многообещающе, так как позволяло оставить, но нашему ощущению, слишком узкую и слишком традиционную сосредоточенность литературоведения на «литературе» (это ведь как раз было время, когда многие из нас, занимаясь литературоведением, окончательно изверились, что столетние усилия найти метаисторически и транскультурно устойчивое понятие «литературы» могут когда-либо привести к удовлетворительному результату). Главное же, «коммуникация» и «материальные факторы», казалось, сулили какую-то альтернативу бесконечному перетолковыванию и пересказыванию прошлого все новыми и новыми способами. Ибо, хоть и не было особой ясности относительно того, как именно могла бы выглядеть альтернатива толковательной практике, все мы стремились — довольно наивно — так или иначе противиться интеллектуальному релятивизму, который (иные говорят, что почти неизбежно) возникает вместе с культурой толкования. Не слишком задумываясь о причинах своей усталости от этой культуры и не задаваясь вопросом, существует ли ей вообще какая-то альтернатива (а напряженность моментов интеллектуальных перемен возникае т именно оттого, что такими вопросами просто не задаются), некоторые из нас стремились к культуре более трезвого комплексного описания, какую мы наблюдали па практике в естественных науках. Мы также надеялись — как-то и цинично и вместе с тем наивно, — что очевидная близость между «материальными факторами» и «материализмом», во-первых, заставит нас оставаться верными марксизму (который почти все мы приняли в свои еще более младые годы и который кое-кто из нас — с немалыми угрызениями совести — как раз начал считать не вполне убедительным), а во-вторых, позволит нашим коллегам из некоторых восточноевропейских стран — что значило тогда «из социалистических государств» — снова приехать через два года в Дубровник. Ибо.
Предыдущая << 1 .. 2 3 4 < 5 > 6 7 8 9 10 11 .. 64 >> Следующая
 

Авторские права © 2013 HistoryLibrary. Все права защищены.
 
Книги
Археология Биографии Военная история Всемирная история Древний мир Другое Историческая география История Абхазии История Азии История Англии История Белоруссии История Великобритании История Великой Отечественной История Венгрии История Германии История Голландии История Греции История Грузии История Дании История Египта История Индии История Ирана История Ислама История Испании История Италии История Кавказа История Казахстана История Канады История Киргизии История Китая История Кореи История Малайзии История Монголии История Норвегии История России История США История Северной Америки История Таджикистана История Таиланда История Туркистана История Туркмении История Украины История Франции История Югославии История Японии История кавказа История промышленности Кинематограф Новейшее время Новое время Социальная история Средние века Театр Этнография Этнология