Главное меню
Главная О сайте Добавить материалы на сайт Поиск по сайту Карта книг Карта сайта
Новые книги
Значко-Яворский И.Л. "Очерки истории вяжущих веществ " (Всемирная история)

Зельин К.К. "Формы зависимости в восточном средиземноморье эллинистического периода" (Всемирная история)

Юрченко А.Г. "Книга Марко Поло: записки путешественника или имперская космография" (Всемирная история)

Смоули Р. "Гностики, катары, масоны, или Запретная вера" (Всемирная история)

Сафронов В.А. "Индоевропейские прародины. " (Всемирная история)
Реклама
 
Библиотека истории
 
history-library.com -> Добавить материалы на сайт -> Археология -> Гумбрехт Х.У. -> "Производство присутствия: Чего не может передать значения" -> 43

Производство присутствия: Чего не может передать значения - Гумбрехт Х.У.

Гумбрехт Х.У. Производство присутствия: Чего не может передать значения — М.: Новое литературное обозрение, 2006. — 184 c.
Скачать (прямая ссылка): proizvodstvopri2006.pdf
Предыдущая << 1 .. 37 38 39 40 41 42 < 43 > 44 45 46 47 48 49 .. 64 >> Следующая

Некоторые стихи Федерико Гарсиа Лорки позволяют читателю ощутить ту точку, где противоположное самоопределение, когда мы чувствуем себя частью мира вещей, может оставить нас14. Так, в стихотворении «Смерть» из сборника «Поэт в Нью-Йорке» Лорка смеется над всеми людьми (и даже над всеми животными), которые у него на глазах столь претенциозно силятся быть чем-то иным, нежели они есть на самом деле. Одна лишь гипсовая арка, пишет он в финале, остается сама собой — и даже как бы счастлива этим: «И только в арке гипсовой — такой / огромной, крохотной, неразличимой! — / усильем не затронутый покой»*. Очевидна экзистенциалистская идея, внушаемая этими стихами Лорки: одна лишь смерть, момент, когда мы станем чистой материей (и только материей), действительно осуществит нашу интеграцию в мир вещей. Одна лишь смерть даст нам то полное спокойствие, к которому — по крайней мере, иногда в своей жизни — мы страстно стремимся.
" Гарсия Лорка Ф. Избранные произведения / Перевод Б. Дубина. М.: Художественная литература, 1986. Т. 2.
То, что подразумевается в этом вопросе об эффекте эстетического переживания, может быть также описано как предельная степень безмятежности, покоя, или Gelassenheit. Gelassenheil фигурирует одновременно и как часть того настроения, с которым мы должны открываться эстетическому переживанию, и как то экзистенциальное состояние, в которое может привести нас само эстетическое переживание. Во избежание возможной путаницы между таким экзистенциальным состоянием и некоторыми переусложненными формами саморефлексии (до которых мы. интеллектуалы, столь охочи) я придумал обозначить эту особенную безмятежность формулой «быть заодно [in sync] с вещественным миром». То, что я понимаю под состоянием «заодно с вещественным миром», не равнозначно картине идеальной (а может, даже и вечной) мировой гармонии*5. Выражение «заодно» соответствует не какой-то идеальной космологии, но скорее ситуации, сугубо специфичной для нашей современной культуры, а именно чувству, словно тебе на миг удалось увидеть, что такое «вещественный мир». Возможно, это в точности то же самое, чем являегся самораскрытие Бытия с экзистенциальной точки зрения, — самораскрытие вообще, не только как эстетическая эпифания. Переживание (в смысле Erleben, то есть не просто Wahmehmen, но еще и не Erfahren) вещественного мира в его допонятийной вещности должно вновь пробуждать в нас вкус к телесно-пространственному аспекту нашей жизни.
Возвращаясь к некоторым классическим понятиям философской эстетики, можно сказать, что раскрытие Бытия может свершаться как в модальности прекрасного, так и в модальности возвышенного; что оно может приводить нас в состояние аполлонической ясности или же дионисийского исступления. Вне зависимости от этих (в других отношениях важнейших) различий, я считаю, что всякий раз, когда мы в своей конкретной культурной ситуации пользуемся словом «эстетика», мы осознанно или неосознанно имеем в виду эпифанию. Под этим словом мы подразумеваем те эпифании, которые хотя бы на некоторый момент заставляют нас мечтать, стремиться и даже, быть может, вспоминать телом и сознанием, как хорошо было бы жить заодно с вещественным миром.
3
Если о том, для чего годятся красивые вещи, гуманитарии двух последних веков, всякий раз когда вставал такой вопрос, обычно высказывались неопределенно — и часто даже гордились этой неопределенностью, — то практическая польза изучения прошлого никогда всерьез не ставилась под сомнение. Действительно, само понятие «истории» неотделимо от надежды, что изучаемое нами прошлое может сделаться «учителем жизни» (historia m agist га vitae)*6. Однако легко показать, как в последние несколько столетий развития западной культуры плата за эт\' надежду драматически резко росла, так что ныне от таких упований не осталось ничего, кроме избитой праздничной риторики. В Средние века любой поступок и любое событие прошлого рассматривались как потенциальные ориентиры, по которым формируются настоящее и будущее, потому что человеческий мир еще не считался постоянно преобразующимся. В результате любой рассказ о прошлом, который люди считали правдивым, мог превратиться в «пример». Напротив того, культура Возрождения, говоря огрубленно, стала учитывать как ориен тир для настоящего только «половину своего прошлого». В эпоху раннего Нового времени гуманисты надеялись найти значимые «примеры» для своей жизни в грекоримской античности — но не в непосредственно предшествовавшем им мире Средневековья (который они первыми начали описывать как «мрачный»). В конце XVII и на протяжении XVIII века возникла та конструкция времени, которую мы с тех пор зовем «историческим временем» и которая утвердилась столь прочно, что вплоть до недавнего времени мы были готовы считать ее единственно возможным хронотопом. Благодаря понятию исторического времени планка «уроков из прошлого» резко поднялась. Ведь из него вытекала необходимость определятт. «законы», по которым совершались исторические перемены в прошлом, и экстраполировать эти процессы в будущее, если мы желаем предвосхитить их ход. Но даже этот очень дорогостоящий (и, как любили говорить марксисты, очень «научный») способ извлекать уроки из прошлого не пережил нашего ныненшего скептицизма. Согласно новейшим воззрениям, мы не отбрасываем всякое прогнозирование буду-
Предыдущая << 1 .. 37 38 39 40 41 42 < 43 > 44 45 46 47 48 49 .. 64 >> Следующая
 

Авторские права © 2013 HistoryLibrary. Все права защищены.
 
Книги
Археология Биографии Военная история Всемирная история Древний мир Другое Историческая география История Абхазии История Азии История Англии История Белоруссии История Великобритании История Великой Отечественной История Венгрии История Германии История Голландии История Греции История Грузии История Дании История Египта История Индии История Ирана История Ислама История Испании История Италии История Кавказа История Казахстана История Канады История Киргизии История Китая История Кореи История Малайзии История Монголии История Норвегии История России История США История Северной Америки История Таджикистана История Таиланда История Туркистана История Туркмении История Украины История Франции История Югославии История Японии История кавказа История промышленности Кинематограф Новейшее время Новое время Социальная история Средние века Театр Этнография Этнология