Главное меню
Главная О сайте Добавить материалы на сайт Поиск по сайту Карта книг Карта сайта
Новые книги
Значко-Яворский И.Л. "Очерки истории вяжущих веществ " (Всемирная история)

Зельин К.К. "Формы зависимости в восточном средиземноморье эллинистического периода" (Всемирная история)

Юрченко А.Г. "Книга Марко Поло: записки путешественника или имперская космография" (Всемирная история)

Смоули Р. "Гностики, катары, масоны, или Запретная вера" (Всемирная история)

Сафронов В.А. "Индоевропейские прародины. " (Всемирная история)
Реклама
 
Библиотека истории
 
history-library.com -> Добавить материалы на сайт -> Археология -> Гумбрехт Х.У. -> "Производство присутствия: Чего не может передать значения" -> 4

Производство присутствия: Чего не может передать значения - Гумбрехт Х.У.

Гумбрехт Х.У. Производство присутствия: Чего не может передать значения — М.: Новое литературное обозрение, 2006. — 184 c.
Скачать (прямая ссылка): proizvodstvopri2006.pdf
Предыдущая << 1 .. 2 3 < 4 > 5 6 7 8 9 10 .. 64 >> Следующая

МАТЕРИАЛЬНЫЕ ФАКТОРЫ / НЕГЕРМЕНЕВТИЧЕСКОЕ / ПРИСУТСТВИЕ: ЭПИСТЕМОЛОГИЧЕСКИЕ СДВИГИ В ЭПИЗОДАХ И ЛИПДХ
1
Пожалуй, по главной идее эту книгу можно назвать «несвоевременной» — но даже если бы это выражение вообще было адекватным, несвоевременность, конечно же, не заходит так далеко, как, возможно, хотелось бы некоторым моим друзьям и сверстникам. Здесь не имеется в виду, что все несвоевременное также «революционно» (в интеллектуальном или политическом смысле). В период, когда многим ученым и большинству студентов — не без причин, и порой даже не без уважительных причин — надоела «теория», то есть особый, зачастую привнесенный из философии или же вдохновляемый ею тип абстрактной мысли, «применение» которого, как думалось нам, может оживить нашу преподавательскую и исследовательскую деятельность, — в период, когда мы устали от «теории», эта книга призвана показать, что на самом деле некоторый «теоретический» жест мог бы вновь оживить нашу работу с весьма различными культурными объектами и даже, пожалуй, помочь восстановить связь с такими явлениями нашей нынешней культуры, которые сейчас кажутся нам недоступными для гуманитарных наук. Кратчайшим выражением того, каким образом я попытаюсь обосновать эту идею, будет сказать, что книга должна бросить вызов широко утвердившейся традиции, согласно которой центральной — то есть единственно центральной — практикой гуманитарных наук является толкование, иначе говоря опознание и/или присвоение значений. Такие категории, как «материальные факторы», «не-герменевтическое», «присутствие» и том)’ подобные, будут служить одновременно вызовом универсалистским претензиям толкования и дополнительными по отношению к нему научными практиками. Не уклоняясь от «несвоевременной» установки итой книги, главный уровень ее аргументации будет, пожалуй, точнее охарактеризовать термином «эпистемологический», а
]6
ханс: ульрих гумы-кх'1
не «теоретический». Б самом деле, она ставит своей задачей скорее заново обдумать и и конечном счете заново определить неко торые предпосылки производства знания в гуманитарных науках, нежели произвести какое-либо новое позитивное знание или пересмотреть знание традиционное. Но, хотя эта книга и оспаривает исключительный статус толкования в гуманитарных науках, это не значит, что она направлена вообще «против интерпретации». Эта книга о том, что мы, как объясняется ниже, мыслим и стараемся описать понятием «присутствие», — но она никоим образом не стремится быть антигерменевтической. Соответственно в ней будет, например, доказываться, что эстетический опыт мы представляем себе как колебание (а порой и интерференцию) между «эффектами присутствия» и «эффектами значения».
Таким образом, моя книга, одновременно и ориентируясь на будущее (что ныне, как ни странно, может выглядеть старомодным), и опираясь на осознанную несвоевременность своего жеста (что является скорее случайным результатом, чем намеренной стратегией: я просто написал это гораздо позже, чем следовало), несколько раз поведет вас назад, в интеллектуальное прошлое, с целью показать — на весьма различных уровнях и с различными намерениями, — «откуда что пошло». В этой вступительной главе ретроспективный заход хронологически краток и носит, едва ли не поневоле, очень личный характер. Ее — задача рассказать о плаваниях автора в течение двадцати пяти последних лет по озеру (скорее озеру, чем океану) теории, и делается это но двум причинам. Одна из них состоит в том, что эти плавания, пожалуй, более или менее типичны для целого поколения ученых, которые сегодня (просто в силу своего возраста — хорошо это или плохо) преобладают на арене гуманитарных наук. В то же время (и это вторая причина, по которой книга открывается краткой ретроспективой) такой поколенческий путь можно рассматривать как часть более широкого и более долгосрочного эпистемологического сдвига, историю которого призвана воссоздать вторая глава. Вторая глава начинается с возникновения новоевропейской субъективности и стремится доказать, что наша нынешняя эпистемологическая и культурная ситуация омрачена неразрешенным кризисом, наступившим в середине XIX века вместе с
новой формой миросозерцания. Здесь же, во вступительной главе, краткий очерк событий в эпизодах и лицах открывается сценой, напоминающей о пресловутом «духе 1968 года» — духе, который эта книга не будет пытаться заново оживить, — и начинается он в не существующей более стране.
По причинам, которых он так никогда и не понял (да они и неважны), автор вместе со своим другом-бразильцем, в то время приглашенным профессором в Германии, был сам приглашен принять участие в коллоквиуме о «Функциях художественной прозы» [Functions of fiction] (он не может поручиться за точность названия) в Межуниверситетском центре Дубровника (Югославия). Хотя в дискуссиях на самом коллоквиуме, состоявшемся в выходные дни, и не было ничего скандально плохого, но что действительно впечатлило обоих друзей — это красота и оживленность хорватского города; они еще совершенно безнадежно пытались связать свое впечатление с официальным статусом Югославии как социалистической ораны. Ранним воскресным утром, прямо перед отъездом домой и после долгой ночи, проведенной на морском берегу, друзья любовались восходом солнца (не догадываясь, насколько это делает их похожими на Ьувара и Пекюше). Вдруг ни с того ни с сего друг-бразилец, с непринужденной ностальгией, характер ной для всех культур, имеющих португальские корни, начал непривычно громко сетовать, как мало вероятно, что они когда-либо вернутся в Дубровник. Автор этой книги (друг-немец), желая быть хорошим другом и человеком, умеющим добиваться успеха, — в то время он бы категорически отверг германский характер обоих этих стремлений, — почти сразу же счел своим долгом воспротивиться этой неумеренной меланхолии и решил взять возможный возврат в Дубровник в свои энергичные академические руки. Оттого он даже не удивился — и немедленно ответил согласием, — получив несколько недель спу стя письмо от директора Межуниверситетского центра, в котором ему предлагали самому организовать там коллоквиум через два года. Сегодня он бы сказал, что без адриатической предыстории нельзя представить себе эту книгу.
Предыдущая << 1 .. 2 3 < 4 > 5 6 7 8 9 10 .. 64 >> Следующая
 

Авторские права © 2013 HistoryLibrary. Все права защищены.
 
Книги
Археология Биографии Военная история Всемирная история Древний мир Другое Историческая география История Абхазии История Азии История Англии История Белоруссии История Великобритании История Великой Отечественной История Венгрии История Германии История Голландии История Греции История Грузии История Дании История Египта История Индии История Ирана История Ислама История Испании История Италии История Кавказа История Казахстана История Канады История Киргизии История Китая История Кореи История Малайзии История Монголии История Норвегии История России История США История Северной Америки История Таджикистана История Таиланда История Туркистана История Туркмении История Украины История Франции История Югославии История Японии История кавказа История промышленности Кинематограф Новейшее время Новое время Социальная история Средние века Театр Этнография Этнология