Главное меню
Главная О сайте Добавить материалы на сайт Поиск по сайту Карта книг Карта сайта
Новые книги
Значко-Яворский И.Л. "Очерки истории вяжущих веществ " (Всемирная история)

Зельин К.К. "Формы зависимости в восточном средиземноморье эллинистического периода" (Всемирная история)

Юрченко А.Г. "Книга Марко Поло: записки путешественника или имперская космография" (Всемирная история)

Смоули Р. "Гностики, катары, масоны, или Запретная вера" (Всемирная история)

Сафронов В.А. "Индоевропейские прародины. " (Всемирная история)
Реклама
 
Библиотека истории
 
history-library.com -> Добавить материалы на сайт -> Археология -> Гумбрехт Х.У. -> "Производство присутствия: Чего не может передать значения" -> 35

Производство присутствия: Чего не может передать значения - Гумбрехт Х.У.

Гумбрехт Х.У. Производство присутствия: Чего не может передать значения — М.: Новое литературное обозрение, 2006. — 184 c.
Скачать (прямая ссылка): proizvodstvopri2006.pdf
Предыдущая << 1 .. 29 30 31 32 33 34 < 35 > 36 37 38 39 40 41 .. 64 >> Следующая

Мое понимание отношений между областями эстетики, истории и педагогики довольно драматично переменилось вслед-
ствие не только возросшей роли рефлексии о «присутствии» в моих работах, но и серьезных — включая мои собственные3 — сомнений как в соизмеримости эстетического опыта с этическими нормами, так и в том, могут ли этические ориентиры вообще играть какую-либо роль в университетском образовании. Главное же, ныне я воздержался бы от выстраивания этих специфических областей или полей в каком-либо индуктивном или дедуктивном порядке. F-сли бы мне надо было отдать преимущество одному из них (хотя я и не вижу никакой настоятельной нужды это делать), то, вероятно, я выбрал бы эстетику, в силу особой эпистемологической значимости того типа эпифании, который она может дать, — но не утверждая при этом, что один лишь эстетический опыт способен производить эпифанию'. В области истории, то есть презентификации былых миров — приемов, создающих впечатление (или, скорее, иллюзию), будто былые миры могут снова стать осязаемыми, — меня больше всего интересует теперь такая деятельность, которая не имеет никакой об ьяснительной силы для определения большей или меньшей ценности тех или иных форм эстетического опыта (а именно в таких объяснениях мы привыкли видеть функцию исторического знания но отношешпо к эстетике). Но поскольку при таком новом понимании истории она разделяет с эстетикой,общий интерес к присутствию и не претендует давать никаких непосредственных критических или даже «политических» ориентиров, то программа презентификации сама по себе создает почву для традиционных обвинений в «эстетизации истории». В качестве первого возражения на них можно просто спросить: а что, собственно, плохого в такой эстетизации? В конце концов, имея дело с педагогикой, я за последние годы убедился, что ни эстетический, ни исторический опыт (по крайней мере, в том виде, как они мне представляются) не обладают никаким потенциалом, позволяющим давать высшую ориентировку для индивидуального поведения или коллективных действий. Кроме того, я вообще сомневаюсь, что целью нашего преподавания, по крайней мере на университетском уровне, является давать такие ориентиры, даже если бы они имелись у пас в распоряжении в готовом виде. Скорее я убежден, что ныне наша первоочередная задача — подводить студен-
W4*
тов к моментам интеллектуальной сложности, а значит, особого внимания заслуживают дейктические жесты — указания на те случаи, где эта сложность сгущается особенно сильно.
Эпифания, презентификация и дейксис — вот, стало быть, три пробных категории, с помощью которых я стараюсь свести вместе свои предсказания, воображаемые представления и желания, касающиеся будущих форм практики в гуманитарных науках и искусствах. В этой связи мне бы хотелось, чтобы вторая составляющая последней формулы — «искусства» — была чем-то гораздо более значительным, чем просто традиционной частью названия, обозначающего известную группу академических дисциплин. В самом деле, я уверен, что три однонаправленных жеста — преимущественное внимание к элементу присутствия в эстетическом переживании, потенциальная эстетизация истории и предложение освободить наше преподавание от обязанности давать этические ориентиры — способны опять-таки лучше показать нам, сколь близко могут оказываться некоторые виды нашей научной деятельности к современной эстетической практике. И хотя самому мне придется признать свою неспособность являть собой живой пример такой близости между гуманитарными науками и искусствами — ни в своей повседневной профессиональной деятельности, ни в нижеследующем, более детальном рассказе о том, каким я мыслю желательное развитие эстетики, истории и преподавания, — все же, надеюсь, мне хоть удастся не дать забыть сам призыв к их новому сближению. Наконец, мне следует также предупредить. что три части этой главы будут неодинаково масштабными. Наиболее подробная концептуальная разработка дается эстетической сфере. Дело в том, что по моему замыслу этот раздел об эстетике должен содержать некоторые аргументы, которые могут иметь важное значение также и в моих концептуальных построениях относительно исторических исследований и преподавания. Но дело также и в том, что я просто впервые попытался здесь письменно изложить свои мысли об эстетике, тогда как я уже публиковал такого рода тексты об истории и преподавании5.
2
Когда несколько лет назад нас вместе с одним молодым коллегой из музыковедческого департамента Стэмфордского университета пригласили читать обязательный курс «Введение в гуманитарные науки» для двухсот студентов-первокурсников и когда мы первым делом условились об общей теме и задаче — представить нашим будущим студентам разные типы эстетического переживания", — то для нас с самого начала не подлежали спору три положения. Мы хотели просто показать различные способы наслаждаться прекрасными вещами, не делая из эстетического переживания какой-либо обязанности для студентов (иными словами, мы хотели дать им возможность самим узнать, реагирую т ли они положительно на потенциал эстетического переживания, а если да, то самим выяснить, какие типы эстетического переживания они предпочитают); во-вторых, мы не пытались никак обосновывать эстетическое переживание, ссылаясь на какие-либо иные ценности, кроме чувства внутренней интенсивности, которое оно может пробуждать; и. наконец, ряд потенциальных предметов эстетического переживания мы хотели оставить открытым, выйдя за рамки традиционного набора их канонических форм (таких как «литература», «классическая музыка», «авангардная живопись» и т.д.). Этот жест вытекал из убеждения, что в паши дни поле актуального эстетического переживания должно быть гораздо обширнее, чем покрывается понятием «эстетического переживания».
Предыдущая << 1 .. 29 30 31 32 33 34 < 35 > 36 37 38 39 40 41 .. 64 >> Следующая
 

Авторские права © 2013 HistoryLibrary. Все права защищены.
 
Книги
Археология Биографии Военная история Всемирная история Древний мир Другое Историческая география История Абхазии История Азии История Англии История Белоруссии История Великобритании История Великой Отечественной История Венгрии История Германии История Голландии История Греции История Грузии История Дании История Египта История Индии История Ирана История Ислама История Испании История Италии История Кавказа История Казахстана История Канады История Киргизии История Китая История Кореи История Малайзии История Монголии История Норвегии История России История США История Северной Америки История Таджикистана История Таиланда История Туркистана История Туркмении История Украины История Франции История Югославии История Японии История кавказа История промышленности Кинематограф Новейшее время Новое время Социальная история Средние века Театр Этнография Этнология